Выпуск №24

Автор: Алина Витухновская

 

ЗА ЗВЁЗДНОЕ НЕБО НАД ГОЛОВОЙ

За звёздное небо над головой,
Отрубленной наугад,
За волю, похожую на Яволь,
Ответит философ Кант.

На звёздном небе горит звезда,
И серп, и молот горят.
А что ответит на это тогда
Блюститель морали Кант?

Закутанный в дискурс сего добра
Младенец, узревший Ад,
Через слезинку мигнёт с утра,
Мол, типа ок всё, Кант.

Танцор, накрученный на канат
Из экзистенциальных дыр,
Срывается в бездну. Но кинешь взгляд —
В той бездне всё — труд, май, мир.

Как в кокон в нравственный тот закон
Гуссерля
Гу-
Се-
Ни
Ца
Вползает, а выползет вон
Она с лицом подлеца.

Как бабочка из гусени́чной тьмы
Влетает с размаху в столб,
Так из гуманизма попали мы
В фашизм в режиме нон-стоп.

Не тот красивый, что из кино,
Не тот, что создал модерн.
Ваш царь как Мидас превращал в…
Мир собственных райх-химер.

Встревожен измученный релокант,
Куда не беги — враги.
Но знал ли об этом философ Кант?
Такие Кали-Юги́…

Антанта пропляшет здесь свой канкан.
Я ж куколкой на колу
Стою спокойно как истукан,
Вдыхая Россию-мглу.

За звёздное небо над головой,
За полупустой стакан,
Когда тебя уведёт конвой,
Ответит философ Кант.

 

КУЗНЕЧИК В АДУ

Человек — кузнечик своих несчастий,
Он приходит в ад, словно в Избирком,
Где он присягает кошмарной власти,
Власти устриц, креветок и насеком.

Этот мир существ, торжество молекул,
Диктатура устриц, тюрьма медуз,
Где субъект превращается вдруг в калеку.
Он — сушёный объект в мире камер-кунст.

Как Кустодиев дикий среди кунсткамер
Или Кастанеда, дойдя до дна,
Мы здесь все становились
Ку-
Зне-
Чи-
Ка-
Ми,
Теми, участь чья ныне завершена.

Ты уже не будешь сверхчеловеком,
Там, где вечностью скрутится сверхчервяк,
Там, где мир существ, торжество молекул,
Пролетарий тли, да и красный флаг.

Понимая мир сквозь свою конечность,
Через смерть проходит толпа солдат.
Из кровавой травы неживой кузнечик
Запиликал на скрепах, спадая в ад.

 

НЕ СОТВОРИ

Не сотвори себе кумира,
Он ненасытен как вампир,
Он через трубы чёрных дыр
Высасывает плоти мира.

Не сотвори себе святого,
Он сам тебя же и распнёт.
В диалектической основе
Он зло лишь воспроизведёт.

Не сотвори себе творенье,
Его никто не сотворял.
Оно есть длящееся тленье,
Пустой инерции оскал.

Не верь в пришествие второе
Сколь не стучи, никто не шёл.
А только волки, волки воют
Над телом. (Но не над душой).

Рассчитывать на справедливость —
Слепая вера дурака.
Её вершат. И некрасиво
И здесь, а не на облаках.

Где жизни русская рулетка,
Крутясь, зарулит мир в хаóс.
Ты сотвори в себе субъекта.
Быть иль не быть им? — Вот вопрос!
 

«ГУМАНИЗМ»

Оказался гуманизм не царем, а сукою.
Оказался гуманизм бесконечной скукою.
Оказался гуманизм новой диктатурою.
К нам вернулся «гуманизм» дна диссидентурою.

То, чего я не ценил,
Не ценю и дальше я.
Оказался гуманизм,
Абсолютной фальшию.

Шаловливый как фашизм,
Дерзкий как империя,
Он внутри неё зашит,
Точно сверхматерия.

Гуманизм меня не спас —
Это сверхпризнание.
Вот такое «Was ist das?»
В этой «не-Германии».

Как в гербарии повис
На петле повешенный.
Так орёт вопросом вниз
Точка, словно женщина,

Устремленная в Ничто
Так архетипически,
Превращается в итог
Некой антиличности.

Затухают все огни,
Стоп, конец истории.
Оказался гуманизм
Подленькой теорией.

 

В СЕБЕ НЕСЯ ЧУЖИЕ ПРИЗНАКИ

В себе неся чужие признаки,
Мы отрицаем их некстати ли?
Вы проповедовали принципы
Как ваши русские писатели.

Таскались Золушки за принцами,
Сбежав от мачехи и матери.
Отцы — они ещё отринут нас.
Деды же — вот и те предатели.

Весь род людской — чужие признаки,
Импринты и инстинкты нá теле,
Мы бестелесные как призраки,
Среди вредителей-предателей.

Они же, нас опередившие,
Они же, в сущности, предвидели,
Как дети их почти что нищие,
Почти что в мёртвой Атлантиде и

История как ди-джей миксами
Накручивает сути максимы.
В отсутствие глобальных смыслов —
В глобальной боли больше ясности.

Теперь мы трезвые, мы предали
Навязанной картины тление.
Мы не последние, мы первые,
Но мы успели как последние.

Не то, чтоб целым поколением,
Но выходя за грань предательства,
Мы и себя не пожалеем и
Как не жалели нас… Нас тратили.

Сначала холили, лелеяли,
Потом сменяли на елей,
На скрепные машинки клеили
Убитых фоточки детей.

Зачем вы деньги только тратили
На этот милый детский хлам?
Затем чтоб чувственность предательства
Познать как знаю это сам.

Что по усам чужое сало
120 дней сводил медком.
И я там был, но не попало.
Здесь райский сад, здесь рус-Содом.

Неся в себе чужие признаки,
Мы отрицаем их не кстати ли?
Мы ваш, мы целый мир не приняли
В его бессмысленном предательстве.