Выпуск №26
Автор: Андрей Дмитриев
* * *
рыбка в сухом аквариуме
ходит по кругу
ихтиология полостей
чешуйки скользящие в воздухе
в котором вьюга
теперь содержательнее
была бы
чем пузырьки со дна
и смотрящему сбоку
сквозь толстые стёкла
кажется это метафорой
он рудиментарными жабрами
ловит ассоциации
но на кукане данности
в том теперь никакого толку
и одна лишь прабабка Марфа
что проживала в Рыбинске
проступает ликом
в матовом блике серванта
и шепчет
/bellissimo
bellissimo/
* * *
из табакерки вышел чёрт
пружинкою звеня
и объявил что впредь пойдёт
совсем иной расклад
и мальчик с бубенцом в носу
в ответ захохотал
и девочка с огнём в косе
улыбкой обожглась
и бабушка с клубком в уме
просыпала муку
и дедушка в костюме льва
фрезу провёл в ферзи
а дядя Витя взял топор
и всех их порешил
а позже на суде сказал
что явлен голос был
и тот велел ему нести
не мяч но меч
и вот
нос в табаке
но тьма в глазах
и больше нечем крыть
пружинка дьявольски звенит
кончается кино
* * *
в голеностоп
втекает олово ходьбы
в пунктире шва
намечена развязка
гуляка праздный
твой маршрут как скатерть
которую стянули со стола
со всей посудой грязной
и сорный звон
вертлявых черепков
провозглашает
принципы распада
в тоннеле зрения
играет гитарист
и в кофре медь
окислилась под током
/вклад музыки
в электрику причин/
за домом повернёшь налево
нет направо
а впрочем всё равно
кольца не разомкнуть
как ни казались бы
порывы злее
* * *
леденец во рту малыша
тает быстрей чем надежда на чудо
но если пекарь хлопнет в ладоши
то в облаке хлебного ожидания
прорежется усталая улыбка создателя
знающего толк в лепке
а ты умерь аппетит
своих экзистенциальных амбиций
это не кулинарное шоу
а умиротворение червячка
в глазном яблоке очевидца
когда присоединение путём поглощения
завело в поминальный тупик
твоё чувство вкуса
* * *
татуировка в виде жука-бронзовика
на левой щеке
шрам от секущего лезвия на правой
глаза уже выглядят как точки соединения
но этот портрет не закончен
ибо у губ ещё нет очертаний
обиваемого порога
на выходе в суммарно недосягаемый воздух
да и рука отвлеклась
на манипуляции с чашкой
полной отчаяния
уголь и плотная бумага
в минимализме доступных средств
дают ощущение осознанной шероховатости
а добавишь земли горстью сырой
проявится нечто ископаемое
но лишь обозначится рот
первым словом будет не /почва/
а /рытвина/
потому что клубни этой культуры
всё время на штык лопаты
и жук-бронзовик шевелящий жвалами
на гребне зернистой насыпи
похож на слезу
упавшую в ненасытный суглинок
* * *
всем хочется тепла
и Золушке и мухе
и свадебной свече на краешке стола
вот вылился желток
на сковородку неба
и сразу потянулись кверху стебли
и волосы твои
и вслух произнесённые слова
и даже кажется дома многоэтажные
в пергаменте листа древесного
как будто проявилась карта мира
прожилки-реки
в поиске безбрежных океанов
пересекают изумрудные равнины
в которых зреют сочные плоды любви
и формируются живые смыслы
и думается ну теперь уж точно
нет смерти
однако же одёрнет за рукав
скелет с гравюры дюреровской и
предъявит счёт с припиской на латыни
memento mori
мол смотри и радуйся
но не впадай в гордыню
* * *
хлеба кусок в кочующих небесах
растаскан понурыми птицами
что будто средневековые эскулапы
соблюдая дресс-код киберпанка
с его акцентом на затянутость
внешних шнуровок
в пору чумы стали собирателями остатков
которыми в верхних слоях
нынче забиты все смысловые отдушины
и ритуальные ниши
а корку мы бросим холодным рыбам
чья субкультура строится на размокании
твёрдых фрагментов данности
в толщах мистического реализма
ведь право так занимательно наблюдать
как под лёгким касанием
с интуитивной изнанки
тают банальные истины
* * *
шершавые звуки
в стеклянном прозрачном кубе
ты видишь насквозь
но холодом сводит губы
добавив воды
рифмуешь пространство
с объёмом
да связь распадается
дно устилают камни
идут пузыри
наружу
но воздуха нет
а сосны вокруг сплетаются
в ежовую рукавицу
в которой наверное ключ
от костяной шкатулки
где память отмеряна
горстью сухих семян
процеженных
через бесплодный суглинок
идут пузыри
на поверхность
а воздуха нет
* * *
нас извлекли из-под обломков старой голубятни
сие утверждение образно справедливо теперь почти каждый декабрь
⠀
когда кончается наспех сколоченный год
удлинявший на шаткий период контур тщетного ожидания
⠀
когда преобладает рассыпанное вместе с гвоздями ощущение
что опять долото долеталось
⠀
а по завершению сцены невольным словам не хозяин
чей углём очерченный рот⠀
изображает прореху на раздуваемой ветром рубахе⠀
выходит из кадра забрав принесённую им табуретку⠀
до ещё более худших как он говорит времён
⠀
но над всем этим пёрышко в лучших традициях здешней балетной школы
демонстрирует полное несоответствие разреженному воздуху
⠀
будучи втиснутым в тарифную сетку призвания
несмотря на совсем никудышный сезон
⠀
пока не станет комочком обычного серого снега
едва коснувшись истоптанных нами сугробов
* * *
индоктринация через игру в лапту лопатами
через штрафбат за праздничным столом
через воск свечной закапанный за шиворот
⠀
оттого и у лампочки в комнате угловой случается нервный тик
так что лица на фотографиях в рамочках то надкусаны то недоношены
⠀
оттого и в переполненный автобус люди втискиваются рыча
а обратно вываливаются крестясь
⠀
ибо час пик не время но состояние времени
ибо зачем непостижимость любви если есть прожиточный минимум
⠀
а над кладбищем в Пасху небо утром побагровеет как яичная скорлупа
и там где едва проклёвывалась под Рождество звезда
проступит шляпка гвоздя
⠀
давшего ломкие трещины во всю ширину лубка
на котором сусальное золото на губах разговевшихся персонажей
⠀
как всегда эффектно контрастировать будет с сажей
и размазанным по щекам суглинком с глубины эдак метра два
⠀
а то что ветер не разметёт потом разнесёт молва
по домовым чатам и лестничным клеткам поверх